В.Н. Андреев-Бурлак был сыном мелкопоместного симбирского дворянина. Окончив гимназию, он поступил вольнослушателем в Казанский университет, образования, однако, не закончил. Служил сначала помощником капитана буксирного парохода, а затем капитаном пассажирского парохода на Волге (капитанов Андреевых тогда на Волге было несколько, и для отличия к фамилиям прибавляли названия пароходов: Андреев-Велизарский, Андреев-Ольга и Андреев-Бурлак).
Сохранились легенды о том, что уже тогда молодой волжский капитан восхищал команду и пассажиров парохода своими тут же сочиняемыми юмористическими рассказами. По совету друзей он попробовал свои силы на профессиональной сцене, дебютировав в 1868 году в Ростове-на-Дону. Через несколько лет слава о нем разнесется по всей России, и все театралы надолго запомнят эту исключительно одаренную личность.
Андреев-Бурлак играл преимущественно характерные роли в развлекательных комедиях, водевилях и опереттах. Человек одаренный, остроумный и веселый собеседник, тонкий наблюдатель, неподражаемый рассказчик и импровизатор, он покорял зрителей непредсказуемостью собственного вдохновения, никак не зависящего от знания роли. «Что такое текст автора для актера? Эскиз! Что подходит мне, возьму, а где автор сам заблудился, я от себя наговорю!.. Мало ли автор какой ерунды нагородит. Все это публике и докладывай!..», – говорил Андреев-Бурлак В.Н. Давыдову.
В начале 1880-х годов он выступал и в Петербурге и особенно часто и подолгу служил в Москве, так что сам нередко называл себя «московским актером»: играл в Пушкинском театре Бренко, после его закрытия один сезон служил в театре Корша. Затем организовал с М.И. Писаревым «Товарищество русских актеров», гастролировавшее по городам Поволжья.
Время знакомства А.Н. Островского и В.Н. Андреева-Бурлака точно не известно, скорее всего, оно произошло в конце 1870-х-начале 1880-х годов, когда актер играл в Москве – в театре Бренко. Именно тогда здесь была поставлена комедия «Лес» с Писаревым в роли Несчастливцева и Андреевым-Бурлаком в роли Счастливцева.
Островский относил Андреева-Бурлака к лучшим актерам своего времени, хотя и высказывал недовольство нерадивым отношением актера к выучиванию роли. Посмотрев свою комедию «Лес», драматург «пришел за кулисы и начал расхваливать артиста за исполнение роли.
- Прекрасно играете, безукоризненно, – говорил маститый драматург, пожимая руку совсем посветлевшего от этой похвалы артиста. – Вот бы вам у меня в ”Лесе” Аркашку сыграть!
- Так ведь я же, Александр Николаевич, играю Аркашку в ”Лесе”, – сконфуженно ответил актер.
- Аркашку? – как бы изумляясь, проговорил Островский, – а я и не узнал. Вижу, что другие-то артисты «Лес» играют, а вы что-то свое».
Сам Андреев-Бурлак рассказывал о том, как однажды его «поддел» Островский. В 1881 году в театре Бренко была поставлена пьеса «Свои люди – сочтемся!» в первом авторском варианте, без цензорских изменений. Актер играл Подхалюзина. После спектакля драматург подошел к нему с листком бумаги и попросил мягко, но настойчиво подписать на бедность. Поставив свою подпись, Андреев-Бурлак перевернул страницу и там прочел: «Даю честное и благородное слово А.Н. Островскому выучить твердо роль Подхалюзина». С тех пор он стал строже относиться к запоминанию текста.
Каждая роль бессознательно влекла актера высказать заложенные в ней мысли, рождающиеся в душе помимо его воли и желания. По этой причине душа лежала у него к моноспектаклям.
Имя Андреева-Бурлака, по словам современников, в 70-80-х годах XIX века «буквально гремело, несмотря на сравнительно короткую жизнь, и служило синонимом гениальности много лет спустя после его смерти».
Изображения (из собрания музея):
- Портрет В.Н. Андреева-Бурлака. Вторая половина XIX в. Москва. Фото И.А. Александровского.
- В.Н. Андреев-Бурлак в роли Счастливцева. Спектакль «Лес». Московский драматический театр (Пушкинский театр). 1880 г.